Вашингтонская попытка навязать капитуляцию

Встреча Зеленского, Трампа и европейских лидеров в Вашингтоне не принесла положительных результатов для Украины. За закрытыми дверями происходит попытка склонить украинское общество и армию к отказу от военного возврата оккупированных территорий, что фактически означает капитуляцию.

Данная схема предполагает обмен территорий на обещания безопасности. Однако исторический опыт показывает, что такой подход ведет к потере сначала территорий, а затем и суверенитета. Украинское общество и армия вряд ли согласятся на подобные условия, поэтому впереди серьезное внутриполитическое противостояние.

Мы уже проходили подобный сценарий в 2014-2015 годах с Минскими соглашениями. Результат известен: сотни тысяч погибших украинцев. Сейчас предпринимается попытка создать Минск-3, который фактически обеспечит безопасность российских войск на оккупированных территориях, а не защиту Украины. Продолжение такой политики может привести к миллионным жертвам среди украинского населения.

Параллели с Мюнхенским соглашением 1938 года очевидны. Тогда Чехословакия, уступив Судеты нацистской Германии, потеряла суверенитет и территориальную целостность. Последствием стала Вторая мировая война с десятками миллионов жертв. Аналогичный сценарий может развернуться и в нашем случае.

Трамп говорит о “теплоте” в отношениях с Путиным. Договоренности между ними были достигнуты еще до официальной встречи, а в Вашингтоне шла попытка убедить украинское руководство принять уже согласованный план. Посредническую роль в них играл Виктор Орбан, который предварительно посетил Израиль и сектор Газа, пытаясь выстроить сложную дипломатическую комбинацию обмена интересов в разных регионах.

Встреча лидера демократического государства с человеком, ответственным за сотни тысяч смертей, создает опасный прецедент. Путин несет ответственность не только за жертвы в Украине, но и за гибель людей в Сирии, Чечне, Ингушетии, Дагестане. Аналогичную ответственность несет Нетаньяху за десятки тысяч жертв среди палестинского населения. Оба лидера находятся под ордерами Международного уголовного суда за военные преступления.

Легитимизация таких фигур через официальные встречи и рукопожатия размывает международное право и моральные границы. Американская администрация, принимая таких гостей, берет на себя репутационные риски, которые будет сложно преодолеть без кардинальных политических изменений.

Почему «компромисс» неприемлен?

Существует фундаментальное понимание совести как реакции нервной системы на расхождение между поступком и внутренним убеждением. Когда политические лидеры пожимают руку тем, на чьих руках кровь сотен тысяч невинных жертв, они демонстрируют либо отсутствие этой базовой человеческой реакции, либо такую систему убеждений, которая позволяет игнорировать массовые убийства.

Попытки вернуть в международное сообщество тех, кто несет ответственность за геноцид, — это не просто политическая ошибка. Это предательство памяти погибших, предательство их семей, которые потеряли детей, родителей, близких. Для украинцев, переживающих двенадцатый год войны, даже упоминание имени агрессора вызывает физическую боль — идиосинкразию, основанную на реальных потерях и страданиях.

 

Правительства, предлагающие площадки для переговоров с военными преступниками без их предварительного ареста, забывают о базовых моральных принципах. Они забывают о совести, о той системе ценностей, которая отличает цивилизацию от варварства. Зло не перестает быть злом от того, что с ним пытаются договориться — оно лишь получает индульгенцию на продолжение преступлений.

Международный преступник может быть принят только в одном статусе — арестованного. Любые попытки “очеловечить” тех, кто забрал сотни тысяч жизней, кто не может вернуть детей матерям и матерей детям, — это соучастие в преступлении. Швейцария и другие страны, заявляющие о готовности принять военных преступников “во имя мира”, берут на себя не только юридическую, но и моральную ответственность за легитимизацию геноцида.

Иллюзия гарантий безопасности

Обсуждаемые гарантии безопасности для Украины являются попыткой сделать капитуляцию более приемлемой для общественного мнения. История Будапештского меморандума наглядно демонстрирует ненадежность подобных обещаний. Пять ядерных держав — постоянные члены Совета Безопасности ООН — гарантировали Украине безопасность, суверенитет и территориальную целостность в обмен на отказ от ядерного арсенала.

Результат этих гарантий известен: две страны-гаранта — Россия при поддержке Китая — развязали агрессию против Украины. Остальные подписанты ограничились выражением озабоченности. Документ формата А4 с подписями мировых лидеров оказался бесполезным перед лицом военной агрессии.

Единственной реальной гарантией безопасности может быть восстановление ядерного статуса Украины. Существует два пути достижения этой цели. Первый — развитие собственной ядерной программы, что потребует 5-7 лет, десятков миллиардов долларов инвестиций и создания целой инфраструктуры производства. Второй — вступление в НАТО и участие в программе ядерного сдерживания, когда американское тактическое ядерное оружие размещается на территории союзников.

В настоящее время пять европейских стран — Бельгия, Нидерланды, Германия, Италия и Турция — участвуют в программе ядерного сдерживания НАТО. Польша стремится стать шестым участником. Украина должна рассматривать присоединение к этой программе как стратегическую цель, поскольку история показывает: на страны с ядерным оружием не нападают.

Правовая защита от территориальных уступок

Украинское законодательство содержит четкие механизмы защиты территориальной целостности. Статья 110 Уголовного кодекса квалифицирует призывы к изменению территориальной целостности как уголовное преступление с наказанием вплоть до пожизненного заключения с конфискацией имущества. Статья 111 определяет действия, ведущие к потере суверенитета и территориальной целостности, как государственную измену с аналогичными санкциями.

Эти правовые нормы — не просто юридические формальности, а кодифицированная совесть нации, защита памяти тех, кто отдал жизнь за каждый метр украинской земли. Они создают конституционную блокировку против любых попыток легализовать оккупацию и предать жертвы защитников Украины. Любые изменения территориального устройства требуют конституционной реформы и всенародного референдума, что в текущих условиях практически невозможно.

Понимая эти ограничения, сторонники компромисса с агрессором выбрали концепцию отказа от военного возврата территорий. Этот подход уже был опробован в Минске-2, когда Украина фактически гарантировала безопасность оккупированному Донбассу. Схема проста: подписанный украинской стороной документ проводится через Совет Безопасности ООН, где при поддержке постоянных членов — России, Китая и потенциально западных держав — превращается в обязательное для исполнения международное решение.

Именно так восемь лет Украина не могла начать освобождение Донбасса без риска быть обвиненной в нарушении международного права. Решения Совбеза ООН обязательны для всех членов организации, что создает юридическую ловушку для страны-жертвы агрессии.

Удары по энергетической инфраструктуре противника

Украина разработала новую крылатую ракету “Фламинго” с дальностью полета три тысячи километров и боевой частью массой одна тонна. Несмотря на то, что дозвуковые крылатые ракеты являются относительно простыми целями для современных систем ПВО и истребителей, российская территория слишком велика для создания сплошного противовоздушного щита. Семнадцать миллионов квадратных километров невозможно полностью прикрыть системами ПВО.

Ключевой целью становится Омский нефтеперерабатывающий завод мощностью 21 миллион тонн в год, находящийся в пределах досягаемости новой ракеты. Поражение этого и других стратегических объектов нефтепереработки может привести к необходимости консервации нефтяных скважин и резкому сокращению добычи, что станет критическим ударом по российской экономике.

За последние две недели украинские силы уже поразили семь нефтеперерабатывающих заводов. Командование сил беспилотных систем сообщило об успешном ударе по нефтепроводу “Дружба”, транспортирующему нефть через Белоруссию в Европу. Даже без применения новых ракет, используя только беспилотники, Украина способна нанести критический ущерб европейской части российской нефтяной инфраструктуры до конца года.

Понимание этой угрозы заставило Москву искать дипломатические решения. Компромиссы по другим международным вопросам, включая ситуацию на Ближнем Востоке, используются для попытки остановить украинские удары по стратегической инфраструктуре России.

Геополитические сдвиги и региональные угрозы

Роль Лукашенко в текущих переговорах подтверждает, что план по принуждению Украины к капитуляции уже согласован. Представители американской администрации, включая спецпредставителя Келлога, посетили Минск для подготовки площадки будущих переговоров. Конструкция нового соглашения, условно называемого Минск-3, уже разработана. Основная проблема — как провести ее через украинское общество и армию.

Параллельно происходят важные геополитические изменения. Россия теряет влияние на Южном Кавказе и Ближнем Востоке. Турция и Азербайджан успешно вытеснили российское присутствие из региона. Благодаря модернизации армии по натовским стандартам и турецкой поддержке, Азербайджан восстановил территориальную целостность, решив затянувшийся конфликт без участия Москвы.

Создание Зангезурского коридора, соединяющего основную территорию Азербайджана с Нахичеванью через 36 километров армянской территории, станет окончательным подтверждением новой геополитической реальности на Южном Кавказе. Если этот вопрос будет решен двусторонне, без вмешательства третьих сторон, это закрепит вытеснение России из региона.

Казахстан находится в схожей с Украиной ситуации после отказа от ядерного оружия по Будапештскому меморандуму. Российские политики открыто обсуждают претензии на северные регионы Казахстана с преимущественно русским населением. Если Украина не сможет экономически ослабить Россию через удары по нефтяной инфраструктуре, Казахстан может стать следующей целью территориальной экспансии.

Братьям-казахам, которые проявляют солидарность с Украиной и понимают нашу боль, важно помнить: агрессор не остановится на одной жертве. Моральный долг всех постсоветских народов — не допустить повторения украинской трагедии на своей земле и помочь остановить агрессора сейчас, пока он увяз в Украине.

Казахстанское руководство понимает угрозу. Назначение министром обороны генерала авиации демонстрирует стратегическое мышление — военные летчики привыкли оценивать ситуацию комплексно и на перспективу. Консолидация вокруг профессиональных военных и укрепление обороноспособности — единственный путь предотвращения российской агрессии против Казахстана.

История показывает, что уступки агрессору не приводят к миру, а лишь провоцируют новые территориальные претензии. Украина не может позволить себе повторить ошибки прошлого. Только сохранение способности к военному сопротивлению и экономическое давление на агрессора могут привести к справедливому и устойчивому решению конфликта.

Вопрос не только в территориях или безопасности. Это вопрос выбора между цивилизацией и варварством, между правом и беззаконием, между памятью о жертвах и предательством их памяти. Мир не может позволить себе забыть о совести ради сиюминутных политических комбинаций. Потому что когда забывают о моральных принципах во имя прагматизма, расплачиваться приходится миллионами новых жертв — история Мюнхена и Второй мировой войны должна была этому научить.

РОМАН СВИТАН, военный эксперт

20.08.2025